Валерий Щеколдин. Уроженцы Ульяновска
09-05-2013,18:05

 

Валерий Щеколдин – один из самых ярких фотографов современности. И это при том, что весь его мир – черно-белый. Его фотографии редко печатали в Советском Союзе, т.к. в каждой своей фотографии он словно выворачивал мир наизнанку. Показывал жизнь такой, какой она была на самом деле...

 

 

Автобиография

Я родился 15 ноября 1946 года. С 1950-го по 1980 год жил в Ульяновске, закончил Политехнический институт и работал конструктором на автозаводе.

Фотографировать начал с 16 лет, с 1974 года стал заниматься фотографией профессионально.

Работал внештатным фотокорреспондентом в газете «Ульяновский комсомолец». С 1975 года сотрудничал с журналом «Семья и школа». 

В 1980 году я приехал в Москву и вел там «подвально-подпольную» жизнь без прописки и регистрации, вследствие чего не мог получить работы. Разносил свои снимки по редакциям газет и журналов и жил на полученные за публикации гонорары. Только в 1995 году получил в Москве долгожданную прописку, тогда же Москва надоела мне до такой степени, что ни жить, ни снимать в ней я уже не хотел, но до сих пор в ней все же живу. Работы, как и 30 лет назад, не имею. За всю жизнь штатно работал только 1,5 года в «Коммерсанте» в начале его зарождения, но он скуки из него ушел. В 1996-1996 ггодах сотрудничал с журналом «Stern». Анекдотический случай: за публикацию в «Stern» получил премию «Paris-Match».

В Германии за журнальные публикации получил приз арт-директоров (1998) и приз за лучшую фотографию (1999). Был премирован на выставках «Интерфото» в Москве (1996, 1999).

 

 

Валерий Щеколдин о соцкретинизме:

– Когда-то я делал серию снимков о ненаглядной наглядной политагитации и глуповатой политической пропаганде, к которой нельзя было относиться всерьез, но которая, однако, делала свое дурацкое дело, я понял, что относиться к ней надо с юмором.

Тогда-то я придумал для себя направление: «Соцкретинизм» – и стал последовательно выявлять абсурд системы. Когда снимков набралось достаточно, я подумал, что неплохо было бы издать книгу со скромным названием «Искусство вырождения». Но тогда еще шло махровое советское время: только-только умер Брежнев и еще жив был Андропов – никакой оттепели не предвиделось, наоборот, система пыталась подкручивать гайки. Кто знает, как бы все обернулось, проживи Андропов еще несколько лет. Так что о книге я думал тоже с юмором, и продолжал между делом накапливать материал. Сейчас это время уже стало историей, но история имеет странное обыкновение повторяться. Не знаю, кто как, а я люблю перечитывать старые книги, пересматривать старые фотографии и мысленно переноситься в старое время.

 

 

 

Валерий Щеколдин о черствости:

– В СССР инвалидов старались прятать и по сути, такими вот щадящими методами в советское время воспитывался фашизм. У людей, которые не видели инвалидов, пропало сочувствие и сострадание. Например, если в городском дворе появлялся какой-то инвалид, то он неминуемо подвергался насмешкам детей, потому что дети – самые жестокие и восприимчивые, они не имеют социального опыта и опыта сострадания. Но если бы они видели детей- инвалидов, если бы эти дети учились вместе с ними в школе, то они постепенно бы привыкли к разнообразию общества, и больные дети не казались бы им чужими…

 

1981 год. Ульяновск, Дом ребенка.

 

Валерий Щеколдин о потрясениях:

– Этот снимок был впервые напечатан в «Учительской газете», кажется в 1981 году. И я сразу получил на него отклик от уральской учительницы. В письме, которое пришло в редакцию, было написано:

«Не хорошо, дядя фотограф, дурить доверчивых людей! Если бы кто-то действительно осмелился прыгнуть вниз головой, то ему нужно было бы присвоить звание «Героя Советского Союза»! На самом же деле этот мальчик спокойно стоит себе на снегу, а другой делает стойку на руках, прислонившись ногами к стене, стоящего рядом дома. Не считайте других людей дурнее себя. Вы думаете умные живут только в Москве? С приветом…»

И дальше шло имя, фамилия и номер школы, где работает эта учительница. К письму была приложена вырезка из газеты с указанием где действительно на снимке «вверх», «низ» и вся диспозиция кадра. Помню меня особенно потрясло, что это была учительница. Я с содроганием представил себя ее учеником…

 

 

Валерий Щеколдин о выпивке:

– Пить разрешается только человеку, потому что он высшее существо, так сказать, по образу и подобию. И потому он свою норму знает, а если и перебирает иногда, то от излишнего рвения и старания. Не осуждать же его за это. Так везде можно и инициативы лишить! У нас и так инициативников мало, некого к работе привлекать.

 

Ульяновск. 1978 год.

 

Валерий Щеколдин о цинизме:

– Репортеры более зажаты, чем человек, снимающий безответственно. Поэтому быстро нарабатываются штампы. У фотографа не только руки учатся автоматически наводить на резкость или включать диафрагму, у него и мышление начинает упрощать себе работу…

…Человек работает в газете; он знает, что законченный репортаж состоит из трех кадров: общий план, крупный план, когда кто-нибудь с трибуны говорит, и оживляж – кто-нибудь. То есть масса, ее лидер и реакция массы. И все. И человек едет и рубит. Но ему плевать на этих людей. Свое дело он хорошо знает, но ничего не ищет сверх того. И этот человек пропал для фотографии: он лишился любопытства. Он заменил его цинизмом. Если даже были раньше какие-то способности, они улетучиваются, таковы законы природы: мы не сохраняем способности, которые не были б нам нужны. Вот и получается, что прежде всего фотограф должен быть человеком. А когда он холодный профессионал, то и фотографии у него будут холодными, словно трупы в морге.

 

Ульяновская область. 1991 год.

 

Валерий Щеколдин о человечности:

– Раньше была цензура. У меня через десять, двадцать, а то и больше лет фотографии публиковались. Но снимать раньше было проще и приятнее. Народ был другой, и двери не держали на замке не только в деревне, но и в городе. Отношения были доверительнее. Контакта было гораздо больше. Я не знаю, сейчас знакомятся на улице вообще? Раньше только на улице и знакомились.

 

Ульяновск. 1976 год.

 

Ульяновск. 1976 год.

 

Валерий Щеколдин о прошлом:

– Когда вспоминаешь прошлое, то оно, давно ушедшее неизвестно куда, кажется крупнее, отчетливее и значительнее еще не остывшего вчерашнего дня. Старые фотографии приближают полузабытые лица, давнишние события. Разглядывая их, мгновенно перемещаешься в серебряной машине времени в случайно и мимоходом запечатленное время и снова переживаешь его. Из настоящего прошлое видится в обратной перспективе: то, что казалось ранее несущественным, приобретает решающее значение, а то, что мнилось важным и несокрушимым, рассыпается в прах…

 

1979 год. Ульяновск, 1 сентября.

 

 

И еще несколько фотографий Валерия Щеколдина:

 

Лечебница для душевнобольных. 90-е года прошлого века.

 

 

 

Ульяновск. 1972 год. День пионерии.

 

Проводы генсека Леонида Брежнева в аэропорту. 1970 год. Брежнев приезжал в Ульяновск на празднование 100-летия со дня рождения владимира Ленина.

Валерий Щеколдин. Ульяновск. Фото.

 

Ульяновская область. Обед в поле. 1974 год.

 

Ульяновск. 1975 год.

 

Ульяновск. 1981 год. Призывники.

 

Ульяновск. Микрорайон Пески. 1981 год.

 

 

Ульяновская область. 1997 год. Похороны кота.

 

При использовании материала активная ссылка на сайт ОТВЕТЪ-ГАЗЕТА ОБЯЗАТЕЛЬНА!

Добавить комментарий

CAPTCHA
Данный вопрос позволяет выяснить не являетесь ли Вы спам-ботом.
Image CAPTCHA
Enter the characters shown in the image.